На фронт с кларнетом

В честь этого события в школе Гнесиных, в знаменитом «Доме на Знаменке» в Москве состоялся торжественный концерт. Почему именно там отмечали день рождения фронтовика? Да потому, что он является профессором Российской академии музыки, народным артистом России, лауреатом международных конкурсов и – до сих пор преподает в Гнесинке.

Во время чествования ветерана ему был вручен от Совета ветеранов УДТК юбилейный памятный знак «70 лет народному подвигу Урала по формированию Уральского добровольческого танкового корпуса».

В первые дни войны учащийся Свердловского музыкального техникума Иван Мозговенко отправился в военкомат проситься на фронт. Но его не взяли по причине малолетства, и пришлось пареньку продолжать учиться игре на кларнете.

«С началом войны было организовано много ансамблей, которые давали концерты в госпиталях, воинских частях, на заводах. В одном из таких коллективов — эстрадном оркестре под управлением Владимира Васильевича Знаменского — играл и я, — вспоминает в своей книге «Соло для кларнета и не только…» Иван Мозговенко. — В оркестре имелись банджо, ударная установка, на которой играл Женя Блинов, и целая куча американских нот. Танцы были прямо в зале Маклецкого. Играли с 10 часов вечера до 6 утра, пока не пойдут трамваи. Все доходы от этих мероприятий шли на формирование Уральского добровольческого танкового корпуса, а мы, студенты, играли бесплатно. Так музыкальный техникум заработал на …постройку двух танков».

 

Однажды в марте 1942 года обстоятельства заставили Ивана Мозговенко впервые взять в руки саксофон. Это было на публичном выступлении, где его услышал руководитель Московского джазового оркестра под управлением Макса Южного. В эвакуации его прикрепили к Свердловской филармонии, и Южный добился отсрочки для всех своих артистов. Он предложил Ивану Мозговенко присоединиться к своему оркестру. Иван как правильный ученик решил посоветоваться со своим учителем — Петром Пахомовичем Подгорным. И тот, когда узнал, что на хлебную карточку музыкантам оркестра дают 800 граммов, а не 400, как всем, посоветовал идти в джаз, объяснив, что сейчас главное — выжить.

В течение года оркестранты ездили по военным частям и гарнизонам от Владивостока до линии фронта на западе и везде давали концерты. А когда вернулись в Свердловск, на концерте в филармонии к ним подошел Николай Улахов — адъютант генерал-майора танковых войск Георгия Семеновича Родина. Он предложил музыкантам вступить в Уральский добровольческий корпус, и вся молодежь тут же откликнулась на его предложение, забыв, что у каждого есть «бронь».

 

Накануне дня рождения Ивана Пантелеевича Мозговенко я с ним побеседовал и впервые за два года поисков участников Красноармейского джаза услышал достоверную информацию о его первом составе. По его словам, это были уже профессиональные музыканты джаз-оркестра Макса Южного: Владимир Яковлев (трубач, но в основном играл на аккордеоне); Владимир Савонин (ударник); Юрий Звягинцев (трубач); Георгий Карпухин (саксофон); Иван Мозговенко (кларнет, саксофон). Затем к ним присоединились Павел Кондрашов, Николай Гребенщиков и Наум Комм. Все они влились в коллектив, который Николай Улахов собрал раньше.

Причем при формировании корпуса не было предусмотрено официальной единицы «духовой оркестр», и Николай Улахов уговорил генерала зачислить музыкантов в танковый десант 197-й Свердловской танковой бригады. И, по словам Ивана Пантелеевича, Роза Нотик (она написала совместно с Иваном Овчининым и Наумом Комом песню «Черные ножи») и еще две балерины присоединились к ним позже. Информация из первых уст о первом составе джаз-оркестра УДТК заслуживает доверия, но не объясняет, когда и где присоединилась к ним легендарная солистка Роза Нотик, служившая в это время в войсках ПВО Челябинска. Можно предположить, что это заслуга Николая Улахова, который, вероятно, был в Челябинске по делам формирования корпуса и услышал Розу Нотик на одном из концертов. Этот факт ждет объяснения, и поиски продолжаются.

 

Во время боев под Орлом, вспоминает Иван Пантелеевич, оркестр был прикреплен к медсанбату, и первое, что ему пришлось делать, — стирать окровавленные бинты. А когда в одном из боев погибла медсестра, хирург Воронцов, заметив его сообразительность, приказал ассистировать на операциях.

— Была у нас, музыкантов, еще одна обязанность: мы убирали с поля боя убитых и хоронили их, — вспоминает правду о войне И. Мозговенко. — В Орловской битве мы трупы убирать не успевали, буквально шли по ним. 5 августа 1943 года наши войска вошли в Орел. В честь этой победы в Москве был дан первый салют! А мы играли концерт на центральной площади освобожденного города.

О многих интересных событиях поведал мне Иван Пантелеевич Мозговенко. После Орловской битвы и присвоения корпусу звания Гвардейского ансамблю дали задание: составить концертную программу — отчет о боевых подвигах Добровольческого корпуса и отправили на Урал. Оказывается, первый из отчетных концертов проходил в Свердловске на заводе «Уралмаш», а после концерта в музыкальном училище Ивану Мозговенко подарили серебряный портсигар с надписью «Студенту Свердловского музыкального училища — защитнику Родины гвардии рядовому Мозговенко Ивану от коллектива училища 1 января 1944 года». Помимо Свердловска, проводили концерты в Нижнем Тагиле — в цехах, где рабочие изготавливали танки, в Челябинске, Златоусте, Перми.

 

После отчетных концертов их вызвали в корпус, который вошел в состав 1-го Украинского фронта и готовился к новым сражениям за освобождение Советской Украины, Польши. Штурмовали Берлин и освобождали Прагу.

После демобилизации паренек с Урала осуществил свою мечту — выучился на музыканта. Среди его многочисленных учеников более полусотни стали лауреатами национальных и международных конкурсов, четверо удостоены звания народных артистов России, семнадцать — заслуженных артистов России, тринадцать стали профессорами, двенадцать — доцентами. Его ученики работают солистами в ведущих оркестрах России — в Большом театре, Московской филармонии, оркестре под управлением М. В. Плетнева и др. И сегодня с полным основанием можно говорить о «школе Мозговенко».


Газета «Уральский рабочий». Спецвыпуск, 19 февраля 2016 г.

Текст: Александр ТУРЧАНИНОВ

Издание: Газета «Уральский рабочий»

Возврат к списку